«Крал деньги у матери, мне были безразличны ее слезы». Как осужденные на «химию» отбывают наказание

День создания уголовно-исполнительной инспекции отмечается 29 августа. Чем занимается служба, узнала корреспондент агентства «Минск-Новости», отправившись в рейд с сотрудниками уголовно-исполнительной инспекции Московского РУВД столицы.

Старший инспектор Илья Шалик рассказывает, что на учете в управлении состоят лица, осужденные на «домашнюю химию». Статьи разные. Кого-то наказали за кражу, кого-то за хулиганство, употребление наркотиков, хищение средств с чужой банковской карты, а кто-то попался на неуплате алиментов. Всего в Московском районе порядка 380 человек на учете. Сказать, что наказание легкое, никак нельзя. Да, следующая ступенька — тюрьма. Но и сейчас нарушившие закон испытывают суровые ограничения, находясь в стенах своего дома. Осужденные к «химии» должны устроиться на работу, им запрещено употреблять алкоголь, покидать пределы Минска. В будние дни у такой категории граждан есть два часа свободного времени: можно сходить в магазин, аптеку. Появляться на массовых мероприятиях, в кафе и барах, само собой, запрещено. Кроме того, выходные нужно проводить строго дома.

— Если подучетные не работают, мы содействуем их трудоустройству, — поясняет И. Шалик. — Пристально наблюдает милиция и за теми, кто отбыл наказание и вернулся из тюрьмы. Задача — не допустить рецидивов, помочь человеку исправиться, вернуться в социум, найти работу. Сегодня есть тенденция: к нам обращаются работодатели и предлагают вакансии для осужденных. На групповых воспитательных мероприятиях мы даем их подучетным. Вакансии самые разные: от благоустройства территории до специальностей IT-сферы.

Несмотря на то, что человек испытывает ограничения из-за наказания, некоторых это не останавливает. У кого-то возникает желание развиваться, открыть свой небольшой бизнес. Такие примеры есть. «Химия» порой мотивирует на пересмотр жизненного призвания.

Сотрудники уголовно-исполнительной инспекции во время рейдов посещают граждан, состоящих на учете. Обращают внимание на условия проживания, соблюдение всех ограничений. Если поймают на нарушениях режима — можно отправиться в места лишения свободы.

Будний день. На часах 16:30. В руках у инспектора И. Шалика папка со списком адресов. Первой посещаем квартиру в доме на пр. Газеты «Звязда». Здесь проживает Ольга*, ранее употреблявшая наркотики. Судом ей назначено лечение, женщина постоянно посещает нарколога, сдает анализы, чтобы проверять наличие запрещенных веществ в крови. Ей оказывается и психологическая помощь. Сейчас Ольга воспитывает пятилетнего ребенка. А до конца срока еще чуть более трех лет…

— Нарушений не имеет, и видно, что человек стремится встать на путь исправления. Важно следить за условиями жизни, так как рядом с женщиной находится маленькая дочь, — поясняет И. Шалик.

Поднимаемся на нужный этаж и спустя минуту знакомимся с 40-летней женщиной. Ольга сразу предлагает пройти в квартиру.

— Ребенок в саду. Забираю в 17:30, — замечает она.

Инспектор И. Шалик интересуется занятостью Ольги.

— Я ремесленник. В моем случае это удобно. Если дочь болеет, то находится со мной дома. Больше времени уделяю ей. Плела сумки к летнему сезону, занималась мыловарением. Но с этим возникли сложности. Чтобы найти покупателей, надо посещать выставки. Я же не могу никуда выезжать, — рассказывает Ольга.

Показывает недавнее приобретение — новую швейную машинку. Теперь подрабатывает шитьем.

— Самое сложное, что мое наказание отбывает со мной мой маленький ребенок. Мы не можем даже выехать к бабушке на дачу, — сетует женщина.

Судьба ее изрядно «помотала». Ранее Ольга отбывала наказание в местах лишения свободы. Опять же из-за наркотиков. В тюрьме не употребляла. Освободилась.

— Два года было все хорошо, вышла замуж, родила ребенка. Потом в жизни стали появляться старые знакомые. Зная мою слабость, сподвигли снова принимать запрещенные вещества. Зависимость быстро вернулась, — рассказывает хозяйка.

Теперь, находясь на домашней химии, Ольга старается исправиться ради дочери.

— Даже имея в прошлом зависимость, можно вести нормальную жизнь, заниматься ребенком, — констатирует И. Шалик.

Отправляемся по следующему адресу. Подучетного инспекторы встречают на пороге его же подъезда. Сергею* 47 лет. Говорит, что как раз возвращается с работы. В руках пакет с жестяными банками. Мужчина предусмотрительно показывает, что это безалкогольные напитки. Если есть подозрение, что человек пригубил — у милиции с собой специальные технические приспособления. Инспекторы предлагают пройти осведетельствание на месте. Вердикт — трезв.

В квартире знакомимся с матерью Сергея, она пришла навестить сына. Переживает за его репутацию и просит не афишировать личные данные. А вот Сергей напротив готов рассказать историю своего печального пути и предостеречь остальных от опрометчивых поступков.

— Всем сердцем ему желаю встать на путь исправления. У него появилась работа, хорошая девушка, глядишь, и семью создадут. Чувствую, что он меняется. Получил первую зарплату, купил кожаные кроссовки, — радуется мама и обращается к сыну.  — Ты видишь, как все за тебя переживают?

Сергей рассказывает, что воспитывался в благополучной семье. В юности занимался спортом — дзюдо, гимнастикой и футболом. Были успехи.

— Затем пришли лихие 90-е. Связался не с теми людьми. Дама сердца употребляла наркотики и была в общих кругах с преступными элементами, промышлявшими кражами, — вспоминает мужчина. — Но я настолько ее любил, что стал вести такой же образ жизни. Начал колоться. Вместе ездил на стрелки. У нас были золотые цепочки, дорогие машины и лысые головы. Молодость была насыщена криминальными историями. Делал много нехороших вещей, за которые теперь стыдно.

Говорит, что к 18 годам уже был «конченым наркоманом», употреблял героин.

— Был эгоистичным человеком, крал деньги у матери, мне были безразличны ее слезы… Впоследствии друзья стали обращаться в реабилитационные центры, затащили и меня. Переосмыслил жизнь, — уверяет Сергей.

…Но «химию» сейчас отбывает все за те же наркотики.

— Я потерял все. Здоровье, покой, возможность быть отцом. Сделал операцию на сердце. Хирург сказал, если употреблю — сразу смерть. Появился реальный страх. Сотрудники милиции поддержали, сподвигли меня начать поиски работы. Видят во мне потенциал и дают возможность встать на путь исправления. Сейчас работаю в торговом центре, — рассказал Сергей.

К слову, если осужденный добросовестно выполняет требования, то вполне возможно и условно-досрочное освобождение. Все зависит от степени исправления человека.

*Имена героев изменены.

Смотрите также: